Евгений Капьев о нейросетях в книгоиздании: от обложек до цензуры

Нейросети как рабочий инструмент издательства

Генеральный директор издательства «Эксмо» Евгений Капьев последовательно внедряет технологии искусственного интеллекта в производственные процессы. В интервью он подчеркнул, что нейросети — это такой же инструмент, как Word, Excel или Zoom, и их использование не должно вызывать удивления. В первую очередь ИИ применяется для создания дизайна обложек: сервис Midjourney позволяет генерировать визуальные концепции, которые затем дорабатывает живой дизайнер. Капьев подтвердил, что такие обложки уже вышли в свет. Для текстовых задач используется ChatGPT — в основном для сопроводительных материалов, копирайтинга и продвижения. Однако создание полноценных художественных произведений с помощью нейросетей пока не рассматривается как основной тренд.

Отношение читателей к книгам, написанным ИИ

По словам Капьева, российские читатели крайне негативно воспринимают контент, созданный исключительно искусственным интеллектом. Он отметил, что доля таких книг на рынке будет минимальной, и живого автора в книжной отрасли никто не заменит. При этом писатели могут использовать нейросети для решения точечных задач — например, для генерации идей, проверки фактов или редактирования. Такой подход, по мнению издателя, способен даже повысить качество произведений. Таким образом, нейросети рассматриваются как вспомогательный инструмент, а не замена творческому труду.

ИИ-цензура: как нейросети проверяют книги на запрещённый контент

С 2025 года в холдинге «Эксмо-АСТ» действует регламент сплошной проверки всех книг на соответствие законодательству РФ. Для этого используется внутренняя программа, в которую встроены большие языковые модели Qwen и Grok. Система состоит из каскада более чем 17 субагентов-нейросетей: одни специализируются на сексуальном контенте, другие — на наркотиках, третьи — на экстремизме. Отдельные агенты выявляют нецензурную лексику, разделяя «чистый мат» и «просторечные выражения». Редактор получает отчёт с номерами страниц и точными цитатами, для иностранных книг прилагается автоматический перевод. Проверка проводится трижды: при первичной оценке рукописи, перед вёрсткой и перед отправкой в типографию.

Проблемы и ложные срабатывания ИИ-цензора

Несмотря на технологичность, система даёт множество ложных срабатываний. Капьев признал, что ошибок «реально много» и все их приходится вручную перепроверять, что требует колоссальной работы. Например, нейросеть может принять невинные поцелуи между персонажами за порнографию, а слово «нахулиганил» — за нецензурную брань. Упоминание пива персонажем ИИ способен приравнять к пропаганде наркотиков. В одном из курьёзов система среагировала на фамилию писателя Дениса Драгунского из-за сочетания «драг». Программисты по указанию сверху настроили нейросети на «параноидальный режим» в отношении наркотиков, что усугубило ситуацию. Редакторы жаловались техспециалистам, и те «слегка подкрутили» настройки, но полностью проблема не решена.

Роль редактора в эпоху ИИ-проверок

Важно подчеркнуть, что окончательное решение о публикации остаётся за человеком. Машина не выносит вердиктов, а только подсвечивает потенциально опасные фрагменты. Редактор обязан просмотреть все «красные» сигналы и принять решение: редактировать, вырезать, отправить на внешнюю экспертизу или оставить как есть. Если редактор не может решить самостоятельно, собирается комиссия из директора редакции и руководителей подразделений, которая подписывает протокол с обоснованием. Этот протокол утверждает гендиректор. Все решения фиксируются в электронном архиве: кто проверял, что решил, когда. Таким образом, нейросеть выступает лишь фильтром, а ответственность лежит на сотрудниках.

Законодательное давление и масштаб проверок

Необходимость внедрения ИИ-цензуры вызвана ужесточением законодательства. Запреты на пропаганду ЛГБТ, чайлдфри, а с 1 марта 2026 года — и наркотиков, затронули огромный массив книг. По данным холдинга «Эксмо-АСТ», проверка потребовалась 40 тысячам изданий, а пострадать могут миллионы экземпляров. Под действие законов потенциально подпадают 4–5% всех книг, выпущенных после 1 августа 1990 года (около 2,9 млн книг). Маркировкой приходится помечать даже классику: например, роман Ремарка «Гэм» из-за перевода 2017 года. Капьев саркастически заметил, что теперь даже сказки с упоминанием дурман-травы стоит помечать специальной маркировкой.

Реакция отрасли: кто ещё использует ИИ для цензуры

За пределами холдинга «Эксмо-АСТ» интерес к ИИ-цензорам пока невелик. В издательствах «Поляндрия» и «Абрикобукс» все рукописи проверяют вручную, планов по работе с ИИ нет. В Ad Marginem тексты ИИ не доверяют, но иногда обращаются к внешней экспертизе: переводчики и редакторы отмечают потенциально чувствительные фрагменты, затем коллегиально принимают решение. Директор департамента господдержки книжной индустрии Минцифры Владимир Григорьев заявил о планах Российского книжного союза создать собственный ИИ для поиска «запрещёнки», но публично такой инструмент пока не представлен. Таким образом, «Эксмо» остаётся пионером в этой области.

Будущее нейросетей в книжной индустрии: прогнозы и ограничения

Капьев видит большие возможности для ИИ в творческих вопросах, но отмечает, что главный вызов — как правильно использовать технологию. Нейросети могут помочь увеличить количество креативного продукта, но не заменят живого автора. В издательстве планируют продолжать эксперименты с ИИ для создания обложек, сопроводительных материалов и, возможно, для автоматизации рутинных задач. Однако полное доверие машине в вопросах цензуры пока невозможно из-за высокого уровня ложных срабатываний. Капьев подчеркнул, что отрасль должна найти баланс между эффективностью и сохранением качества контента. Доля книг, полностью написанных ИИ, останется минимальной — читатели к этому не готовы.

Практические примеры: как нейросети уже меняют работу издательства

Помимо цензуры, нейросети используются в «Эксмо» для создания обложек с помощью Midjourney. Капьев привёл это как пример успешного применения ИИ. Также с помощью ChatGPT готовятся тексты для продвижения: аннотации, посты в соцсетях, пресс-релизы. В 2023 году издательство представило онлайн-шоу с использованием дипфейк-технологий — выпуск, где ведущий обсуждал книги с «Михаилом Булгаковым». Это показывает, что ИИ применяется не только для внутренних задач, но и для маркетинга. Однако все эти инструменты требуют доработки человеком: дизайнер правит обложку, редактор вычитывает текст, маркетолог адаптирует контент.

Вопросы и ответы